Семен Багдасаров - российский политический деятель, член Комитета по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству.

-Во многих СМИ прошла информация, что террористы, которые вторглись в Грозный в ночь на 4 декабря, могут оказаться боевиками ИГИЛ. Вы согласны с этой версией?

-Давайте называть вещи своими именами. Они могут оказаться причастными к Исламскому государству, они так же могут оказаться причастными к десяткам других джихадистских, воюющих с Сирией в Ираке. Дело в том, что суть не в том, к какой организации они принадлежат, а в том, к какой идеологии они принадлежат. Это, знаете, есть такие кочующие товарищи, которые сегодня у нас в Дагестане или Чечне, а завтра они в Сирии или Ираке в составе ИГИЛ. Их объединяет конкретная идеология – радикальных джихадитов. К сожалению, эта идеология стала очень популярна на постсоветском пространстве, и вполне возможно, что они там воевали, но это нужно детально изучать биографию каждого человека, это непростая задача. Но, конечно, я не удивлюсь, если они окажутся там в числе этих людей. Точно так же я не удивлюсь, если выяснится, что среди них были граждане не российского, а, скажем, центральноазиатского гражданства – Таджикистан, Узбекистан, Киргизия и так далее. Мы видим слияние выходцев из Центральной Азии с нашими экстремистами и террористами, и это как раз под влиянием подобной идеологии.

-А какие-то действия со стороны российских властей для борьбы с этим предпринимаются?

- На самом деле это и есть самый главный вопрос – что мы делаем, чтобы подобных явлений у нас не было? Вот, например, в Европе, в частности Великобритании и Германии, сейчас принимаются решения, согласно которым, как сказал премьер-министр Англии, гражданам Соединенного Королевства будет запрещен выезд в эти страны, чтобы они там не перенимали опыт в ведении подобной войны, и самое главное, чтобы они потом назад не могли вернуться. Есть соответствующая инициатива, по которой власти, в Германии в том числе, смогут таких граждан лишать права въезда и даже гражданства. А что у нас-то делается? У нас я, к сожалению, никаких таких инициатив я не вижу.

-Но нельзя отрицать, что в последние годы террористическая угроза значительно снизилась…

-Да, конечно, в последнее время у нас действительно сократилось количество терактов, и это отчасти потому, что правоохранительные органы и спецслужбы хорошо работают, но еще и из-за того, что произошел значительный отток людей на территории Сирии и Ирака – для ИГИЛ война там сейчас является задачей номер один. Но ведь наступит время, когда необходимость в их пребывании там пусть не исчезнет, но, скажем так, сведется к минимуму, и тогда они начнут возвращаться сюда, подготовленными, опытными, не только в индивидуальном смысле, но и как подразделения в целом, как, например, в том же Грозном. Там явно действовали хорошо подготовленные подразделения, а не отдельные террористы. Поэтом я хочу подчеркнуть, что вероятность резкого скачка терроризма будет у нас очень высокой.

-Буквально на днях госсекретарь США Джон Керри заявил, что в борьбе с ИГИЛ достигнут значительный прогресс.

-Ну, скорее всего, по мнению Керри «значительный прогресс» это значит, что они остановились и дальше не продвигаются: ни на иракском фронте, ни в Сирии. Но тут сразу возникает вопрос. Я хочу напомнить, что в феврале текущего года то же самое наблюдалось, когда первый раз ворвались в Ирак – их там потеснили, и казалось, что все довольно неплохо. Но уже в июне был всплеск и резкое наступление. Есть два варианта развития подобной ситуации: первый, у них ресурсы для наступления сразу по ряду направлений действительно отсутствуют – они же хотели еще ливанский фронт открыть, несколько раз вторгались, но не вышло. Этот вариант, к слову, плохой для нас, потому что при нем как раз наступит то, о чем я говорил ранее – начнут возвращаться. А второй вариант означает наращивание сил, перегруппировку, то есть в любой момент можно ожидать их рывка то ли в сторону Багдада, то ли в сторону Средиземного моря. Так что господин Керри выдает желаемое за действительное. Правда, объективности ради, надо сказать, что борьба с Исламским государством займет много лет, а за годы всякого можно ожидать.

-Кстати, США неоднократно направляли гуманитарную помощь в Ирак, но бывали случаи, когда она попадала, скажем так, не в те руки. Это что, простое совпадение?

-Надо уточнить – военную помощь. Такое бывало действительно, и во время войны такое в каком-то смысле нормально. Бывает ведь и дружеский огонь, когда артиллерия накрывает собственную пехоту, бывает, что сбрасываемые грузы попадают не туда, куда надо. Здесь не стоит искать какой-то подоплеки.

-А как вы прокомментируете ситуацию с Турцией? Если разрешено проводить операцию против ИГИЛ, почему дело все еще стоит на месте?

-Во-первых, Турции и конкретно Эрдогану выкрутили руки в плане перевозки иракских курдов в Сирию, ну а кроме того, они тоже хотят что-то получить от Соединенных Штатов. Они не хотят участвовать в одиночной операции, они говорят, давайте совместно, и самое главное, давайте создадим буферную зону. Это зона вдоль границы Турции, стратегически важный момент, и вроде американцы сейчас начинают говорить, что они не против, а в обмен на это Турция готова предоставить американской авиации и их союзникам свои базы, что очень удобно для нанесения ударов по нанесении Сирии и Ирака, потому что сейчас им приходится вылетать с базы в Иордании или с авианосцев в Персидском залива. Так что в ближайшее время можно ожидать подобного развития событий.

 

 Справка

«Исламское государство Ирака и Леванта» (ISIS, в русской транскрипции - ИГИЛ) – террористическое образование суннитского толка. В октябре 2006 г. 

Фото ajnj_islam-today.ru

на базе местного отделения «Аль-Каиды» путем слияния одиннадцати радикальных исламистских группировок было объявлено о создании «Исламского государства Ирак» (ИГИ). После присоединения еще около 8 мелких групп движение получило нынешнее название. Первым лидером был Абу Омар аль-Багдади. В 2013 г. ИГИЛ включилось в гражданскую войну в Сирии как самостоятельная сила. Конечная цель – создание крупного теократического суннитского государства, в которое должны войти Сирия, части территории Ирака, Ливана, Иордании и Палестинской автономии. Ближайшими врагами организации объявлены «рафидиты» (шииты). ИГИЛ отличается еще большим, чем «Аль-Каида», радикализмом. На нее распространяются санкции ООН. нынешний лидер группировки Абу-Бакр аль-Багдади (Ибрагим Аввад Ибрагим Али аль-Бадри) находится в списке особо опасных террористов и за помощь в его поимке Госдепартамент США обещает награду в 10 млн долларов.

 Марина Староверкина

 Ника Бажанова