Вице-премьер Дмитрий Рогозин, выступая на форуме «Технопром» в Новосибирске, высказал мнение, что словосочетание Дальний Восток не слишком хорошо звучит, и эту часть России можно было бы переименовать, например, в Тихоокеанский регион. Но зампред правительства, курирующий ВПК, скорее всего, не ожидал, что это его предложение и предположение вызовет такую бурю эмоций в Интернете и, прежде всего, в соцсетях.

Газета «Комсомольская правда» в Хабаровске решилась даже утверждать, будто «дальневосточники отреагировали на это предложение моментально и бурно», причем, в основном, отрицательно. Однако это утверждение не подтверждается фактами. Обсуждение, которое попыталась устроить газета, получилось вялым, и в нем приняло участие слишком мало пользователей. 36 человек, принявших участие в опросе, – не сильно репрезентативная выборка для региона с населением в более чем 6 миллионов человек.

И далеко не все они против самой идеи. Вот, например, явный дальневосточник Александр Юртаев, депутат Думы города Владивостока, поддерживает Рогозина целиком и полностью:

«Дальний Восток – звучит как ненужный, непервостепенный, последний. Я сам никогда не называю регион Дальним Востоком, я всегда говорю – Тихоокеанская Россия. Впервые официально я назвал так регион в открытом письме тогда еще и.о. губернатора края Владимиру Миклушевскому. Потом с подобным обращением обратился и к президенту. Прежде чем выступить с такой идеей, я сделал сверку с историей. Оказалось, что это неправильное название было поспешно дано лишь пункту в Тихом океане, поэтому название «Дальний Восток» не несет хорошей энергетики».

Есть, конечно, и противоположные по смыслу высказывания. Ну, так это нормальный плюрализм. Мы давно уже не живем в тоталитарном государстве, где царит одно-единственное «правильное» мнение. Между прочим, сама по себе резко отрицательная реакция на любое новаторское предложение – явный признак, симптом тоталитарного мышления.

Именно этим застарелым недугом страдают самые яростные оппоненты Рогозина, доходящие до истерики и откровенных передергиваний. В конце концов, дело не в административном, юридическом, то есть буквальном переименовании, а в назревшей необходимости изменить отношение к этому региону. Центр не должен относиться к нему, как к какому-то краю света, очень «дальнему» и чуть ли не потерянному.

Председатель партии «Родина», депутат Госдумы Алексей Журавлёв считает, что дальневосточный регион должен называться Русским Востоком. 

«Вот смотрите, есть Ближний Восток. Это Израиль, Палестина, Ирак, Иран и другие страны. И есть Дальний Восток. Это Россия, Япония, Китай и многие другие государства Азиатско-Тихоокеанского региона. Это география. Но есть еще и геополитика. И с геополитической точки зрения для русских абсурдно называть Израиль, к примеру, Ближним Востоком, а девять своих же российских регионов – Дальним. Что же все-таки к нам ближе?

Существует также проблема сепаратизма. Либеральная «пятая колонна» вновь пытается внедрить в общество идеи о разделе страны. И для граждан Российской Федерации, привыкших к словосочетанию «Дальний Восток», уже не так сложно будет смириться с потерей этого региона. А вот от земель Русского Востока психологически отказаться куда сложнее. Так что сейчас у нас разворачивается дискуссия практически на уровне технологий НЛП, но с далеко идущими геополитическими целями. 

Поэтому дальневосточный регион в целом мы должны называть Русским Востоком. Есть же Русский Север. Будет и Русский Восток!»

После того, как вокруг предложения Рогозина поднялась шумиха, пусть и виртуальная, сам вице-премьер разъяснил свою позицию на своей странице в Фейсбуке:

«Я разве предлагал переименовать субъект федерации? Приморский край, Хабаровский?... Изменить географическое название? Менять вывески?))) Разве у нас есть территориальные образования с таким названием? Нет, конечно. Есть понятие "Дальневосточный федеральный округ", но это название, связанное с управленческим решением. Что касается выражения "Дальний Восток", то есть речь идет даже не о самоназвании, а об обиходном, относительном наименовании этой части нашей страны, которое родилось, возможно, в Москве, Санкт-Петербурге».

И чтобы даже самым непонятливым стало ясно, Рогозин привел самый убедительный аргумент: 

«С таким же успехом жители Хабаровска могли бы назвать Северо-Запад России «Дальним Северо-Западом». Потому как для них он - действительно дальний». А Дальний Восток, соответственно, «дальним» может быть только для жителей европейской части страны».

В предложении Дмитрия Рогозина нет ничего обидного для жителей региона, как бы они или кто-то еще его ни называл. Скорее наоборот, «Тихоокеанский регион» - это и солиднее, и привлекательнее. Сразу думается не о какой-то безумно далекой области, до которой надо поездом добираться неделю, а самолетом – целых 8-9 часов, а о могучем Тихом океане, омывающем берега России. Получается как бы наглядная иллюстрация хрестоматийной строчки «широка страна моя родная».

Вот и отечественные ученые из Дальневосточного отделения Российской Академии наук считают, что Дмитрий Рогозин абсолютно прав: Дальнему Востоку требуется переименование. 

Так, академик Петр Бакланов еще до вице-премьера говорил в интервью журналу «Эксперт»:

«В самом названии "Дальний Восток" содержится относительность, связанная с европоцентризмом. Вместе с тем на территории Дальневосточного федерального округа нарастает тяготение территорий к Тихому океану. Оно проявляется, например, в ориентации транспортных магистралей. Кроме того, усиливается тяготение всех территорий к ресурсам океана. Дальневосточный регион нужно рассматривать как территориально-акваториальный. Термин "Тихоокеанская Россия" куда лучше отражает эту морскую специфику региона, нежели "Дальний Восток".

Академику вторит доктор исторических наук Виктор Ларин:

«Обе головы российского орла по-прежнему смотрят на Запад. Сам термин «Дальний Восток» - это вериги. Вопрос напрямую связан с политикой центра по отношению к региону, и термин «Тихоокеанская Россия» имеет принципиальное значение с психологической точки зрения. Никто не собирается вести разговор о переименовании — пусть остается Дальневосточный федеральный округ.

Вопрос в том, чтобы внедрять в сознание политической и бизнес-элиты, всего населения восприятие этой территории как просто части России, а не какой-то «дальней» или забытой Богом. Хотя насколько это сегодня возможно — вопрос…».