«Российский экспорт нефти в ближайшие десятилетия может резко сократиться по мере того, как США наращивают объемы производства сланцевой нефти», – пишет Wall Street Journal, ссылаясь при этом на некую группу российских экспертов, близких к правительству. О том, что мировая конфигурация поставок газа практически полностью изменилась из-за того, что США в полном объеме удовлетворяют свои потребности в этом энергоносителе – говорят последние два года.  Все игроки на российском газовом рынке почувствовали на себе негативные последствия «сланцевой революции». Теперь может пострадать российский экспорт нефти.

Еще в 2005 году «Газпром» намеревался продавать газ в США. Была даже образована для этих целей «дочка» монополии. Но интенсивная добыча сланцевого газа в Штатах нарушила все планы отечественных газовщиков. Более того, американцы ухудшили конъюнктуру россиянам в Европе, которая является главным стратегическим покупателем «Газпрома» и откуда текут в Россию большие деньги. Дело в том, что сжиженный природный газ (СПГ), который США получали из стран Залива, хлынул в Европу. Упали цены. Но самое неприятное – европейцы теперь предпочитают избегать  долгосрочных контрактов с «Газпромом», с  условиями обязательной покупки  определенного объема голубого топлива, и по определенной (большой) цене.  Они все больше и больше заключают сделки на короткие сроки, и продавцом не всегда оказывается «Газпром». Наша монополия потеряла свое исключительное положение на европейском рынке. А как следствие, Россия лишилась важного козыря в дипломатических играх. То, над чем европейские политики на разного рода переговорах бились годами, чтобы ослабить зависимость от России, произошло, можно сказать, само собой.

Теперь, как говорится в докладе, подготовленном Институтом энергетических исследований РАН, растущее производство сланцевой нефти, особенно в США, может также поставить под угрозу российский экспорт нефти. Он сократиться на 50 миллионов тонн в год к 2040-му году. Для сравнения: в 2012 году  Россия продала на мировом рынке 240 миллионов тонн топлива. 
Сейчас примерно половина российского федерального бюджета основана на доходах от газа и нефти. Так что доля нефтегазовой индустрии в российском ВВП может упасть  с одной четверти в 2010 году до немногим более 15% к 2040-му году,  утверждают эксперты.

Аналитики говорят – нынешние значительные изменения в политике президента Владимира Путина обусловлены опасностью сокращения поступлений от нефтегазовой отрасли. Это и беспрецедентная борьба с коррупцией, которая явно не оказалось кратковременной акцией, дабы приглушить недовольство в народе. Это и назначение на пост председателя ЦБ Эльвиры Набиуллиной, монитариста по убеждениям, но с намного более практическим подходом к решению задач экономического роста промышленности, чем ее предшественник. Это и желание Путина вернуть бизнес из офшоров на родину. Явно наблюдается поворот в лучшую сторону и в политике по отношению к малому и среднему бизнесу. Достаточно вспомнить недавнее совещание у генпрокурора Юрия Чайки, посвященное защите отечественных предпринимателей. На нем, кроме всего высшего руководства генпрокуратуры, присутствовали и региональные прокуроры, и что самое главное – первый вице-премьер Игорь Шувалов и тогда еще помощник Президента по экономике Эльвира Набиуллина. Случай неслыханный в политической практике России.

Эксперты единодушны в том, что необходимо обратить взор правительства на интенсивное развитие оборонно-промышленного комплекса.  В конце концов, уж если у нас что-то хорошо получается – так это делать военную технику. Пока не потеряны технологии и компетенции – их надо развивать. В полной мере доходы от продукции  ОПК не заменят поступлений в бюджет от нефтегазовой отрасли.  Но несомненно одно, говорят аналитики, – только ОПК может стать инновационным и технологическим локомотивом развития всей отечественной промышленности.  Как, собственно, и было раньше. И уж совсем очевидно, что с помощью «Сколково» и «Роснано» эту проблему не решить. Особенно в свете последних событий.

 

Григорий Шугаев