— Анатолий Александрович, расскажите, чем занимается ФПИ?

 Фонд перспективных исследований был образован где-то четыре года назад, реально мы работаем около трех лет. Цель ФПИ, в соответствие с законом, который определяет нашу работу, является содействие в организации научных исследований, разработок и технологий в интересах обеспечения обороноспособности и безопасности нашей страны. То есть необходимо найти те угрозы, которые могут появиться или существуют сегодня, и найти противоядие. Если говорить более административным языком, цель состоит в том, чтобы ослабить, снять, убрать эти угрозы. Ну а мы, как достаточно амбициозная организация, планируем создать такие вещи, которые сделают абсолютно бессмысленными любые угрозы в адрес нашей страны. Мы ищем таланты, прорывные идеи, научные, технологические, инженерные идеи, которые дальше проверяем. ФПИ занимается не производством оружия или конкретных изделий, а проверкой идей прорывного характера, которые могли бы через 15-20 лет привести к стратегическому прорыву или к созданию такой ситуации, когда даже угроза нашей стране потеряла бы  всякий смысл. Уже на первых этапах работы нам поступило примерно 2000 заявок. Потому что мы можем финансировать, можем вести научное сопровождение. Мы берем идею, проверяем на прорывной характер, на то, какие стратегические проблемы она может решить для нашего государства и проверяем эту идею.

— А чем вы отличаетесь, скажем, от академических институтов?

 — Академические институты Минобрнауки и все организации, которые могут иметь или имеют прямое отношение к науке – это база, откуда мы стараемся получить идеи. Но отличие наше заключается в том, что, взяв идею, проверив ее, мы сразу находим, кто будет исполнителем, кто будет реализатором того, что мы сделаем дальше. Если идея себя оправдывает, то дальше федеральные органы исполнительной власти или, в крайнем случае, даже частная российская фирма, могут получить результаты нашей интеллектуальной деятельности, создать технологию и реализовать конечный продукт. Продукт может предназначаться и для армии, и в ФСБ, и в МВД, и в МЧС. Для чего угодно, вплоть до Министерства здравоохранения, потому что это тоже социальная проблема, и это тоже безопасность нашего государства. Ну, например, прививки. Как я уже сказал, нам поступило порядка 2000 заявок, и сейчас мы ведем более 50 проектов – это лишь одна часть. Дальше мы устраиваем конкурсы, то есть мы задаем тему, по которой к нам обращаются с предложениями, устраиваем конкурс по конкретной тематике. Скажем, распознавание лиц, дешифровка фотографий, создание каких-то авиационных комплексов, проверка их на «живучесть». А для того, чтобы шагнуть дальше, нужен некий философский подход. Чтобы понять, а что дальше, что такое вопросы войны и мира, какие проблемы существуют, и как их можно решать.

— Военная академия Генштаба Вооруженных сил РФ совместно с Фондом перспективных исследований подвела итоги конкурса. Что это был за конкурс, что разыгрывалось, какие были критерии, и вообще в чем смысл всего этого?

 Мы договорились с Военной академией Генштаба РФ о том, что проведем совместный конкурс. Специалисты пусть сами определят, что они могут сказать в области военной философии, военной науки, идеи. Конкурс был достаточно свободный и преследовал две цели. Первая – дать Фонду перспективных исследований и Военной академии какие-то конкретные новые прорывные идеи. А вторая цель – это дать Военной академии возможность определить мыслящих, интеллектуальных специалистов, которые у них есть. Результаты этого конкурса, которые мы подвели в рамках деловой программы форума «Армия-2016», довольно впечатляющие. В конкурсе приняли участие более 300 работ, мы отметили грамотами, дипломами победителей конкурса по нескольким номинациям. Что показал этот конкурс? Во-первых, очень много есть стратегически мыслящих специалистов в военной области. Но, определив, что постоянный и переменный состав военных академий участвует, мы несколько сузили поле поиска. Поэтому советник министра обороны, и руководитель военной академии согласились в том, что надо расшириться. Пусть в конкурсе принимают участие студенты и                                                                                                 аспиранты тех вузов России, в которых есть  военная кафедра.                                                                                                                                                           

— То есть и гражданский сектор?                     

— Да.

— Правильно я понимаю, если говорить простым языком, вы являетесь таким связующим звеном, посредником между носителем идеи и возможностью ее реализации?

Абсолютно правильно. Проблема всегда заключалась в том, что существует некоторый разрыв между учеными, скажем, Академии наук, результаты которых, как правило, это журнальные статьи. А дальше встает вопрос: а кто будет разрабатывать это открытие, делать технологии и переходить к производству? У нас была пропасть. Задача Фонда перспективных исследований эту пропасть закрыть. Во всяком случае, в области безопасности и национальной обороны, а также при решении стратегических социальных проблем. То есть когда мы завершаем проект, если идея прошла удачно, обеспечена, то за спиной стоит потребитель, скажем, Министерство промышленности и торговли, Министерство обороны, которые уже на раннем этапе, как только проект начинается, берут на себя обязательства принять результаты интеллектуальной деятельности и создать затем технологий и конечный продукт.

— Вы сказали, что ФПИ очень перспективная и амбициозная организация. Действительно, я посмотрел на сайте направления, в которых вы работаете – очень широкий разброс. Привлекло внимание направление - кибербезопасность. Расскажите, а какие инновационные идеи можно выделить в этой сфере?

— Давайте разбираться, что такое кибербезопасность. Грубо говоря, она может разделиться на два больших блока. Первый блок, технический – это всякие вирусы и безопасность софта. Второй  – социальные сети. Воздействие на сознание индивидуумов и воздействие на социальное сознание. Исследование того, что происходит в социальных сетях. Мы смотрим, конечно, со своей прикладной стороны, социальные сети могут быть крупным подспорьем для того, чтобы определять признаки возникновения каких-то кризисных ситуаций. Это могут быть пожары, наводнения, землетрясения, крупные ДТП, другие события. Как обработать информацию из социальных сетей, чтобы мгновенно автоматическим образом выдать сигнал МЧС, что, к примеру, образуется паводок, который перешел сейчас куда-то. Это можно сделать в результате анализа различной информации, которая появляется в социальных сетях – фотографии, видеосъемки, сообщения.

— То есть такие фильтры будут стоять?

— Конечно. Мы можем создать такую систему. Это один из вопросов национальной безопасности, информационной безопасности, понимая ее в самом широком смысле. Соответственно, мы постепенно будем наращивать спектр наших усилий.

— А вот на форуме «Армия-2016» что-то подобное представлено? Что показываете людям?

— Если говорить о моем конкретном участии, я искал новые мысли и новые идеи с точки зрения обеспечения безопасности. Поэтому я принимал участие в круглых столах по обеспечению проблем угрозы перед Россией и по проблемам военной безопасности РФ, где выступал достаточно широкий круг ведущих специалистов – Сатановский, Клинцевич, много людей можно перечислять. Меня интересовал их подход. Потому что, как руководитель информационно-аналитического подразделения, я отвечаю, в том числе, за поиск и определение тех угроз, которые могут появиться.

— Правильно я понимаю, что вы отличаетесь от других моих гостей тем, что не предлагаете, а вбираете опыт и идеи?

— В данном случае да. В прошлом году мы что-то и показывали. ФПИ - очень молодая организация, как я сказал, пока что мы отчитываемся о проделанной работе, во-первых, военно-промышленной комиссии, председателю попечительского совета Рогозину Дмитрию Олеговичу. Ежегодно мы показываем наши достижения президенту РФ живьем, не на бумаге и не на плакатах, а реализованные идеи, проекты по реализации и так далее.

— А если взять 2016 год, этот период, какая идея больше всего Вам запомнилась, чем можно похвастаться?

— Каких-то прорывных идей, которые для меня были бы полной новостью, я не услышал. Я научно-технической политикой занимаюсь достаточно профессионально. Естественно привлекает внимание идея объединения интеллектуального потенциала России с финансово-экономическим потенциалом Китая и Индии для того, чтобы в сумме создать некий противовес англосаксонской группировке. Идея неплохая, но я ее слышал год назад от Евгения Павловича Велехова на заседании Общественной палаты. Идея трудная в реализации, но хорошая, правильная. Правда, к фонду она не имеет непосредственного отношения, а для фонда кое-что у меня есть, о чем я пока не готов распространяться.

— Хорошо, а, может быть, Вы распространитесь о какой-нибудь мечте, о какой-нибудь идеальной идее, которую вы представляете в ближайшей перспективе?

— Моя голубая мечта заключается в том, чтобы то, что делают ученые с участием нашего фонда, реализовывалось в конкретной продукции. И чтобы потребители в очереди стояли и ждали, когда кто-то что-то откроет или покажет и докажет. Если бы такая система заработала, нам бы не было цены во всем мире.

 

Аббас Джума